24.12.2009 Военкоматы вручают повестки насильно и незаконно

Сотрудники военкоматов, в попытке отправить в армию необходимое количество призывников, прибегают к всевозможным незаконным ухищрениям. Осенний призыв 2009 года отмечен массовыми облавами на молодых людей. Значительно выросло количество случаев принудительной доставки ребят на призывные пункты в Санкт-Петербурге. Правозащитники из организации "Солдатские матери Санкт-Петербурга" буквально вытаскивают из военкоматов граждан, имеющих право на отсрочку. Председатель организации Элла Полякова отмечает: "Цинично, что вакханалия по массовому отлову молодых людей для насильственного и беззаконного отправления в армию развернулась именно в День Прав Человека 10 декабря".
В Перми военкоматы действуют с не меньшим рвением, проявляя чудеса изобретательности. Наш партнер из Пермской городской общественной организации "Центр поддержки демократических молодежных инициатив" Ирина Кизилова написала о некоторых способах выполнения плана по призыву, применяемыми сотрудниками пермских военкоматов. Статья Ирины Кизиловой приводится нами ниже.
 

Ирина Кизилова

Призыв ноу-хау

Военкомовцы переплюнули «великого комбинатора»,
придумав гораздо большее количество способов незаконной отправки молодых пермяков в Вооруженные силы

Остап Бендер говорил: «Я знаю четыреста относительно честных способов отъема денег». Писатели Ильф и Петров, породившие Остапа, даже не подозревали, наверное, что в жизни могут быть и более изобретательные «комбинаторы»

Ушел на лекцию, оказался в военкомате

Студент аэрокосмического факультета Пермского технического университета Сергей Б. рано утром, как всегда в будний день, отправился на занятия. От дома до студенческого городка ПГТУ за Камой путь неблизкий – больше часа. Когда очередной преподаватель вдохновенно погружал будущих инженеров-авиастроителей в тайны аэродинамики, в дверь аудитории постучали. Секретарь деканата, прервав лектора на полуслове, что-то тихо прошептала ему на ухо. Преподаватель, недовольно пожав плечами, сказал, обращаясь к Сергею:
- Вас просят пройти в деканат.
Там студента ждали люди в милицейской форме. Без обиняков ему велели одеться, вывели из учебного корпуса и в милицейской машине доставили в родной райвоенкомат.
Слово «родной» тут, конечно, уместно закавычить: разве с родными поступают, как с преступниками? Тем более что Сергей – вполне законопослушный молодой человек. Он сообщал в военкомат, что, учась на дневном отделении, имеет право на отсрочку от призыва. Но вонекномовцы считали иначе: ты, мол, уже использовал свою отсрочку, когда учился в колледже.
Сергей им: « Я же в колледж поступил после девяти классов общеобразовательной школы. Мне по закону, в виде исключения, полагается вторая отсрочка».
Военкомовцы упираются: «Нет, не полагается» и суют парню повестку на отправку в армию.
Сергею ничего не оставалось, как пожаловаться на их действия в суд. Судебное разбирательство назначено на середину января. А к тому времени призыв закончится, и Сергей сможет спокойно продолжать учебу до весенней призывной кампании. Впрочем, он верит, что Мотовилихинский суд примет решение в его пользу. Ведь уже есть примеры таких решений в Карагайском, Чайковском и ряде других районных судах. Так что весной люди в милицейской форме, надеюсь, уже не будут забирать его с лекций. Но другим студентам, возможно, еще придется пережить такие волнующие превращения из законопослушных юношей в конвоируемых «преступников». Если, конечно, военкомовцы не будут внимательно читать все пункты и подпункты 24 статьи закона «О воинской обязанности и военной службе».

Вместо утреннего кофе…

А вот другая история. 8 часов утра. Проснувшись, Иван К. собирается выпить кофе и отправиться на работу. Вдруг звонок в дверь. «Кто там?», - спрашивает мама Ивана. – «Открывайте, милиция!». - «Но мы не вызывали милицию. Что случилось?» - «Открывайте!» - требуют за дверью. Женщина открывает.
Чуть не сметая ее, в комнату врываются люди все в той же, милицейской, форме. Увидев Ивана, требуют одеваться, выводят в машину, везут в военкомат. Никакие доводы о том, что он не уклонист, а имеет подтвержденное независимым медицинским обследованием заболевание, освобождающее от призыва, на конвоиров (или как их еще назвать?) не действуют.
Военкомовцы встречают Ивана бранью и угрозами «посадить», если он не явится в указанное в тут же врученной повестке число для отправки на военную службу.
- Да вы посмотрите на мои медицинские документы, они же в «личном деле» находятся, - упрашивает парень.
- Какие документы? Где ты их видишь? Нет никаких документов! – сотрудник военкомата бросает Ивану его «личное дело». Иван листает папку и… действительно не находит среди бумаг ни рентгеновских снимков, сделанных неделю назад, ни их описания врачом-специалистом. Ошарашенный, он выходит из военкомата с повесткой в руках.
Когда «ступор» проходит, Иван идет в правозащитную организацию, там вместе с консультантом общественной приемной продумывает дальнейшие свои шаги: написать в призывную комиссию Пермского края жалобу на действия военкомата с просьбой направить его на дополнительное медицинское обследование, а если не поможет, обратиться в суд. И тот и другой шаги приостанавливают призыв до конца разбирательства.

Без альтернативы?

У Алексея П. свой повод жаловаться в суд на военкомат и районную призывную комиссию. Нынешним летом он, поняв, что выбранная им при поступлении в вуз специальность «не его», подал заявление об отчислении по собственному желанию. Отслужу, а потом подумаю, где учиться дальше, - решил он. Но отдавать долг Отечеству он собирался не на военной службе, а на альтернативной гражданской. Потому что под влиянием родителей и той литературы, которую любили в их семье и на которой Алексей вырос, он к своим 22 годам стал убежденным антимилитаристом, неприемлющим насилие при решении каких бы то ни было конфликтов.
3 июля этого года, соблюдя предусмотренные законодательством сроки, он подал в военкомат заявление о замене военной службы на АГС, приложив к нему автобиографию и характеристику с бывшего места учебы.
В декабре Алексея вызвали в военкомат на медицинское освидетельствование, а затем и на призывную комиссию.
И вот тут начались чудеса! В личном деле призывника не оказалось ни его заявления на АГС, ни автобиографии, ни характеристики. Военкомат, видимо не предполагал, что парень окажется не лыком шит и что весной он сделал два экземпляра заявления, попросив секретаря военкомата, расписаться на втором экземпляре. Не предполагая этого военкомовцы, не передали его заявление на АГС призывной комиссии. А раз заявления нет, то всё, парень, никакой тебе альтернативы.
Каково же было удивление военкомовцев, когда Алексей представил им тот самый экземпляр с отметкой. Но, даже осрамившись перед претендентом на АГС, они не захотели сдаваться. Пиши, сказали, новое заявление. Прямо сейчас, при нас.
Алексей не знал, что это требование совершенно незаконно. Он «на коленях» написал новое заявление. Члены призывной комиссии, не спрашивая его ни о чем, а только прочитав текст, вынесли решение о том, что претендент не доказал наличие у него убеждений. Хотя по закону доказывать это и не надо. Надо просто обоснованно изложить.

Послесловие:
Я описала только три из множества хитрых способов общения военкомовцев с призывниками. Но, согласитесь, они гораздо менее остроумны, чем все, что придумывал незабвенный Остап. Ведь он, в отличие от них, был еще и талантлив.